bolshieserdca (bolshieserdca) wrote,
bolshieserdca
bolshieserdca

МИФЫ И ФАКТЫ ОБ ОСВ

Метод «отлов-стерилизация-возврат» (ОСВ) снова и снова пытаются внедрить в России как основной метод регулирования численности бездомных животных (прежде всего, собак).

В чем основные кажущиеся преимущества этого метода:

1. Почти не надо никого усыплять (главный для "традиционных" зоозащитников) – этический довод.

2. Не нужно создавать вместительные приюты (нужно только иметь небольшие помещения для краткосрочного содержания после стерилизации) – экономический довод.

3. Стерилизованные и привитые против бешенства собаки создадут «барьер» против бешеных диких животных или других, непривитых собак – эпидемиологический довод.


Однако в реальности эти доводы опровергаются тем фактом, что метод ОСВ в России просто не работает – нет ни одного достоверно установленного случая ни в одном более-менее крупном населенном пункте, когда этот метод сам по себе привел к решению проблемы бездомных собак.

Почему так происходит?

Метод ОСВ пытались применять в нескольких странах еще 20 лет назад (а для кошек – еще раньше). И поэтому он неплохо изучен – как с помощью математических моделей, так и на реальных примерах. Известны условия (весьма строгие условия!), при которых он сработает – то есть приведет к уменьшению численности бездомных животных.

Вот эти условия и затруднения, которые возникают при их выполнении в России:


1. Нужно в короткий срок довести долю стерилизованных самок в группе (популяции) собак до 75-80 процентов.

Если это условие не выполнено, рождающиеся у еще нестерилизованных сук щенки смогут восполнить «естественную убыль» взрослых собак и популяция не сократится.

Насколько сложно выполнить это условие в реальном городе, свидетельствуют результаты исследования численности собак в г. Москве в 2006 году – спустя 5 лет с начала программы массовой стерилизации. Несмотря на все усилия, согласно учету, доля стерилизованных сук в 2006 году в городе составила только 20 – 25 процентов. Программа ОСВ провалилась.

Почему так вышло? Одна из причин та, что при ОСВ бездомные собаки остаются на улицах, и очень сложно среди них отыскивать еще не стерилизованных. Даже если стерилизованных самок метить с помощью ошейников или бирок в ушах – остаются еще самцы (которых обычно не стерилизуют), молодняк, недавно выброшенные животные, пришедшие из других мест и т.п. В этом множестве невозможно оперативно вычленять и отлавливать еще не стерилизованных самок.


2. Группа (популяция) должна быть более-менее надежно изолирована от других групп (или популяций).

Если это условие не выполнено, то поступающие в группу «извне» животные восполнят «естественную убыль» первоначальных животных.

Особенно сложно выполнить это условие в таких странах, как Россия, где все бездомные животные – выброшенные хозяйские или потомки выброшенных хозяйских животных. Ежегодный масштаб выбрасывания все еще очень большой. То есть популяции бездомных животных не изолированы от хозяйских животных и все время пополняются новыми членами – выброшенными «бывшедомашними» животными.

Причем если запущена программа ОСВ, то бороться с выбрасыванием домашних собак еще сложнее. При ОСВ нахождение бездомных собак на улицах как бы узаконено, и у хозяев, которые хотят избавиться от ненужного питомца, выкинув его на улицу, меньше моральных и законных преград для такого «избавления». Хозяин уверен, что выброшенное животное быстро затеряется среди бездомных (и хозяина не накажут) и ему не грозит голод – ведь бездомных подкармливают. С этим явлением уже давно столкнулись страны, использовавшие ОСВ для собак – например, Греция.

Именно поэтому в рекомендациях Международного эпизоотического бюро (OIE) – главной международной ветеринарной ассоциации – отмечено, что «метод неприемлем, и может быть незаконным, в странах и регионах, где закон запрещает выбрасывать собак. Если местное сообщество располагает владельческими собаками, и стерилизованные [бездомные] собаки будут возвращаться назад, следует серьезно отнестись к риску того, что это может поощрить выбрасывание животных, ставших более ненужными. В ситуациях, когда множество собак являются владельческими, более подходящими могут быть программы контроля популяций, сфокусированные на стерилизации и ответственном содержании владельческих животных».


В некоторых странах – прежде всего, это бедные развивающиеся страны Южной Азии, Африки и т.п. – хозяйских собак в нашем понимании практически нет, почти все животные там уличные, полностью или частично безнадзорные. Поэтому там почти нет выбрасывания животных– выбрасывать некого, все собаки и так сосредоточены на улицах. Поэтому там иногда на некоторых территориях удается достичь желаемой доли стерилизованных сук – то есть тех самых 80 процентов. Однако даже это не приводит к полному исчезновению бездомных – так как все равно не удается отловить и стерилизовать всех самок. Численность собак начинает просто медленно снижаться, но в целом бездомные собаки все равно остаются на улицах. Так, одним из самых часто приводимых мировых примеров "успешности" ОСВ является город Джайпур в Индии, где в центральном районе города численность собак снизилась за примерно 10 лет (всего) на 40 процентов. Это максимальные достоверно зафиксированные успехи реального ОСВ в мировой практике – причем в самых благополучных для этого метода условиях! (Кстати, в целом же в Индии ОСВ так и не привело к успеху в масштабах страны и сопровождалось массовыми жестокими расправами над собачьими стаями.)

В России, как видим, условия для этого же метода гораздо менее подходящие. (Для нее более годится опыт развитых стран с безвозвратным отловом и системой приютов.) Но пока, увы, в стране по-прежнему тот или иной регион продолжает наступать на грабли ОСВ – с соответствующими последствиями.


Итак, если ОСВ в России не срабатывает, то численность бездомных собак не падает – а, наоборот, зачастую растет. (Как это происходило в Москве до отмены ОСВ, а также в Самаре, Нижнем Новгороде, Ростове-на-Дону и многих других городах, где пытались принять эту программу.) На улицах остаются и даже количественно увеличиваются стаи собак – пусть даже частично стерилизованных. Все это полностью обнуляет все предполагаемые преимущества от применения этого метода:

1. Этический довод – якобы отсутствие усыпления. На самом деле при росте численности собак усиливается угроза полулегальных и нелегальных жестоких расправ над ними. Собак тайно отстреливают по указанию местных властей, реагирующих на увеличение жалоб со стороны населения. Люди недовольны тем, что собак, пусть даже стерилизованных, возвращают обратно к ним во дворы, и они требуют обеспечить свою безопасность.

Также начинаются самовольные расправы над собаками со стороны самих горожан, появляются так называемые догхантеры. Собаки продолжают массово погибать, причем их умерщвление уже никак невозможно достоверно проконтролировать ни на количество, ни на гуманность.

Как показывают опросы и замеры общественного мнения, большинство людей высказываются отнюдь не за возврат бездомных собак на улицы, а за размещение их в приютах. А ОСВ с сохранением стай на улицах и во дворах – плохое доказательство успешности гуманного подхода в глазах населения, оно вызывает разочарование и раздражение и служит, в конечном счете, питательной средой для жестокого обращения с животными.

Кроме того, собачьи стаи являются активными охотниками – и массово убивают в жилых кварталах кошек, а в окрестностях городов и лесопарках – диких животных, в том числе и редких. (Эти неприглядные факты доказаны целым рядомнаучных исследований.) То есть негуманность ОСВ распространяется и на другие виды животных.

2. Экономический довод также не реализуется в действительности. Региональные и местные власти вынуждены вкладывать годами средства в неэффективные программы ОСВ, выплачивать компенсации пострадавшим от бездомных собак – и, в конце концов, возвращаться снова к идее приютской системы. Но, так как количество собак выросло, то и тратить теперь на приюты и содержание в них животных придется еще больше (как это произошло в Москве после того, как после провала ОСВ пришлось тратить сотни миллионов рублей на строительство «мега-приютов» и содержание в них десятков тысяч собак.


3. Эпидемиологический аргумент о защитной роли стерилизованных и привитых от бешенства собак – также миф. На самом деле нет ни одной научной работы, которая бы доказывала, что в условиях России стерилизованные собаки совершенно не пускают собак-чужаков и защищают города от бешенства. Это всего лишь чисто гипотетическое предположение одного московского биолога - А. Пояркова, и высказанное еще 15 лет назад, когда сохранялись иллюзии об успешности программы ОСВ. (Исследования самого Пояркова относились к поведению бездомных собак и совершенно не касались стерилизации и бешенства.) С тех пор это мнение многократно воспроизводилось в разных источниках – но не стало от этого истинным.

Даже теоретически, предположение о защитном барьере из вакцинированных собак выглядит абсурдно. Стандартную прививку от бешенства нужно повторять ежегодно – то есть придется каждый год снова отлавливать всех уже стерилизованных собак! Причем не только сук, но и кобелей – ведь распространение болезни не зависит от пола. Понятно, что такие меры просто нереализуемы.

Кстати, еще один «биологический» аргумент в защиту ОСВ – якобы стерилизованные собаки становятся «добрее» - тоже не соответствует действительности. Агрессивное поведение, не связанное с циклом размножения, например, защита «своей» территории от «чужих» людей, остается практически без изменений. Более того, как показывает ряд исследований, если сука была склонна к агрессивному поведению перед стерилизацией, то после нее эта склонность может еще более усилиться (из-за изменения соотношения половых гормонов в организме). Если для домашней собаки данное изменение может быть скомпенсировано контролем со стороны хозяина, то бездомные собаки лишены подобного надзора и могут представлять более значительный источник конфликтов, чем до стерилизации.

Почему же метод ОСВ до сих пор так активно насаждается в России, и даже находятся «примеры» его положительного влияния? Проблема – в недостатке опыта и знаний у многих зоозащитников и властей на местах - и, к сожалению, даже целенаправленном нежелании части зоозащитного сообщества отбросить иллюзии. У этих зоозащитников главной задачей является лишь немедленно «запретить усыпление» - независимо от того, созрели ли для этого объективные предпосылки или нет, и какие последствия вызовет данный шаг. Это следствие исторической молодости и немалой инфантильности отечественного зоозащитного движения, возникшего на фоне полного отсутствия какой-либо вменяемой государственной политики и ясного ориентира по вопросу бездомных животных.

К сожалению, в России до сих пор нет востребованного государством независимого неангажированного экспертного сообщества, которое бы объективно изучало бы вопрос и предупреждало власти о последствиях тех или иных действий. Более того, власти даже не заявляют потребности в таком экспертном сообществе. В результате в роли экспертов даже на самом высоком уровне, например, в Государственной Думе, выступают зоозащитники, зачастую самого радикального толка, без проверки их реальной компетенции в вопросе. В регионах также идут навстречу местным зоозащитникам и принимают программы ОСВ, не изучив реальных условий для применения этого метода и даже опыта соседей.


Если же власти, зоозащитники или СМИ отдельного города или региона пытаются описать и даже предложить другим свой опыт, картина получается зачастую искаженной из-за неумения правильно подобрать критерии оценки успешности программы или вычленить реально действующие на ситуацию факторы. Обычно приводятся данные о том, сколько удалось простерилизовать собак за год – но при этом совершенно непонятно, какую долю от всей численности собак это составляет, то есть влияли ли эти стерилизации хоть как-то на численность бездомных собак. Там, где численность бездомных собак очевидно снизилась, зачастую совершенно неверно приписывают это заслугам ОСВ. Характерные примеры этого – Москва и Санкт-Петербург.

1. В Москве численность бездомных собак снизилась в последние 6 лет не из-за успеха ОСВ – наоборот, из-за отмены этого метода в 2009 году и перехода к безвозвратному отлову в приюты. В период ОСВ (с 2001 по 2008 годы) численность бездомных собак, наоборот, возрастала, и дело кончилось даже нападениями на людей со смертельным исходом, расцветом догхантерства и многочисленными конфликтами.

2. В Санкт-Петербурге введенное в 2005 году ОСВ не отменено до сих пор – при этом численность собак "на глаз" снизилась. Власти Санкт-Петербурга подают это как успех метода – но условия его эффективности не имеют исключений, и вряд ли Петербург стерилизовал успешнее Москвы. При внимательном изучении вопроса приходится, к сожалению, прийти к выводу, что основным фактором, снизившим число собак в городе, стала не стерилизация, а огромный размах догхантерского движения. Санкт-Петербург имеет печальную славу «столицы» российских догхантеров. Жертвами самовольных расправ над собаками, потрав и отстрелов стали тысячи животных. В городе даже возникло волонтерское движение по «спасению» стай собак от догхантеров с помощью вывоза животных за пределы Петербурга и выпускания их в пригородах (что, конечно, не является в конечном счете решением проблемы).

Подобные примеры заявляемой, но на поверку ложной эффективности программы ОСВ можно продолжать. Нередко в городах, где объявлено ОСВ, власти спустя некоторое время заявляют об «успехе» этого метода. Но при внимательном изучении ситуации (см. ниже в Приложении пример Брянска) выясняется, что снижение или стабилизация численности бездомных собак в городах, где объявлено ОСВ, - результат действия не стерилизации, а той или иной формы безвозвратного изъятия, идущего параллельно с ОСВ. Это может быть и продолжающийся муниципальный отстрел (Брянск, Самара), и нелегальные потравы (Санкт-Петербург), и деятельность приютов, которые осуществляют в основном безвозвратный отлов, хотя местными актами предписано ОСВ (Череповец), и т.п.


Подобные примеры заявляемой, но на поверку ложной эффективности программы ОСВ можно продолжать. Нередко в городах, где объявлено ОСВ, власти спустя некоторое время заявляют об «успехе» этого метода. Но при внимательном изучении ситуации (см. пример Брянска) выясняется, что снижение или стабилизация численности бездомных собак в городах, где объявлено ОСВ, - результат действия не стерилизации, а той или иной формы безвозвратного изъятия, идущего параллельно с ОСВ. Это может быть и продолжающийся муниципальный отстрел (Брянск, Самара), и нелегальные потравы (Санкт-Петербург), и деятельность приютов, которые осуществляют в основном безвозвратный отлов, хотя местными актами предписано ОСВ (Череповец), и т.п.


Tags: зоозащита, зоорадикалы, комплексный подход, развитие зоозащиты, реалистичная зоозащита, этические споры, эффективная зоозащита
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments